Какие приятные люди эти лошади!

Репортаж zhodino.by

— Почему же, если лошадь чувствует себя в полной безопасности, находится в привычном для себя месте — она с удовольствием полежит, даже поваляется, - восполнила пробел в моих, прямо скажем, далеких от энциклопедических знаниях о лошадях Наталья.

Вот оно что! Они ведь здесь — дома, соответственно, и чувствуют себя по-домашнему, и гостей принимают по-простому, развалясь.

Дома — это на конюшне в Заречье. А Наталья — это Наталья Сергеевна САЗАНОВИЧ — здешняя хозяйка, самый главный здесь человек, кроме вожаков табуна, разумеется.

— У них тут еще какая иерархия! Главных они себе выбирают сами, но это не абсолютная власть. Бывает, что какая-нибудь старая кобыла, которая никогда ничем не выделялась, в каком-то вопросе вдруг становится для остальных авторитетом, табун доверяется ее опыту, признает ее главенство в определенной ситуации, — рассказывает Наталья.

Не зря люди всегда были высокого мнения об интеллекте лошадей.

 А кто у них нынче за главного?

— Здесь, в маточном табуне, в авторитете вот эта — Мара и вон та — Шутка.

Кобылы, на которых показывает Наталья, вроде бы ничем не выделяются — ни статью, ни поведением. Впрочем, а что мы хотели увидеть — лошадь в костюме бизнес-леди? К тому же, сейчас у них явно сиеста, и отдыхают они в загоне, а не на пастбище, где жеребцы по собственной инициативе ходят в дозор, охраняя табун как от внешних зубастых врагов, так и от охочих до любовных утех чужаков. А то, что пришлым ловеласам здесь делать нечего, очевидно: возле мам спят или затевают легкую возню меж собой жеребята — продолжатели славного рода белорусских упряжных лошадей.

Белорусская упряжная, между прочим, это брэнд — единственная национальная порода Беларуси. Выведена методом сложного воспроизводительного скрещивания на основе полесских лошадей лесного типа. Улучшением породы в XX веке активно занимались как раз у нас в Жодино — здешнее хозяйство тогда так и называлось: конезавод «Заречье». Правда, потом коневодство в нашей стране задвинули на задворки сельского хозяйства, но в экспериментальной базе «Заречье», а теперь уже в предприятии «ЖодиноАгроПлемЭлита» племенную конеферму всё же сохранили. Живут без шика, но условия для содержания и воспроизводства белорусских упряжных поддерживают; судя по виду самих лошадей — чувствуют они себя здесь совсем неплохо. При том еще, что, как истинные белорусы, они неприхотливы, выносливы и демонстрируют высокую работоспособность, превосходя в этом качестве хваленых русских тяжеловесов и першеронов.

— К сожалению, не так много чистопородных лошадей в Беларуси осталось — может, около полутысячи голов. Но у нас есть, сейчас я вам Шмеля выведу, — Наталья скрывается в конюшне, а мы остаемся общаться с лошадьми.

Общаться — самое то слово. Редко встретишь в одном месте столько умных глаз, нечасто почувствуешь такую мощную волну спокойствия, умиротворения и доброты. Лошади доброжелательно подставляют морды для поглаживания, понимающе, не перебивая, слушают всё, что им говоришь, согласно кивая. Прекрасные собеседники для тех, кому надо выговориться, очистить душу, просто успокоиться и вернуть себе уверенность. С ними останавливается время и забываются проблемы.

Топот и фырканье возвещают о появлении Шмеля. Семилетний потомок одного из родоначальников породы — Баяна, мышастый жеребец красуется, играя мускулами, всхрапывая и отбрасывая с глаз непокорную гриву. В ближайшие выходные он, кобыла Горка и кобылка-годовичок Галатея будут представлять свое родное хозяйство на 2-м Фестивале белорусской лошади, который пройдет в рамках 21-й Международной специализированной выставки «Белагро». Собственно, в связи с этим событием один добрый человек и подсказал нам тему этого репортажа.

— В прошлом году мы принимали участие в 1-м Фестивале белорусской лошади и заняли первое место в номинации «Красота. Грация. Экстерьер», — рассказывает Наталья. — Тогда вывозили жеребца Грохота и кобылу Гавань. Потягаемся за первенство и на этот раз, тем более что победителю обещана денежная премия.

Кстати, совсем недавно Грохот занял второе место на выставке «Иппосфера» в Санкт-Петербурге, но представлял уже новых владельцев — его купили россияне. А вот фотография маточного табуна — того самого, с которым мы только что мило общались — в марте украшала главный баннер крупнейшей европейской выставки «Эквитана» в немецком Эссене — для съемок в Жодино специально приезжал профессиональный «лошадиный» фотограф. Эх, кабы не экономическая ситуация, то не баннер, а сами лошади могли бы стать украшением европейских и мировых выставок. Да при этом еще, глядишь, приносить валюту и предприятию, и стране. Но пока конеферма прибыли «ЖодиноАгроПлемЭлите» не приносит, и даже организовать здесь полноценный комплекс услуг по верховым прогулкам и обучению навыкам верховой езды проблематично — банально амуницию закупить не за что, не говоря о другом сопутствующем сервисе. Так что сейчас услуги в Заречье не на потоке, правда, здесь охотно принимают «на постой» лошадей частных владельцев — есть и у нас такие энтузиасты, аккурат во время нашего визита двое таких любителей пришли позаниматься со своими питомцами.

Энтузиаст — это определение, как никому, подходит и Наталье САЗАНОВИЧ. Шутка ли — вся конеферма, почитай, держится на ее хрупких плечах, она и за конюха, и за ветеринара, и за инструктора, и за лошадиную маму. Лишь ночью конюшню охраняет сторож, а весь день здесь крутится-хозяйничает Наталья Сергеевна с немногочисленными помощниками. Как рассказывает она сама, лошадьми «заболела» с детства, но только по книжкам да картинкам — живьем видела полюбившихся животных лишь летом, приезжая в деревню.

— Хотела пойти заниматься в конный клуб в Ратомке, но папа отрезал: «Ноги будут кривые», — смеется Наталья. — Так что впервые села на лошадь только года в 23. 

Но потом уже, можно сказать, и не слезала. Мало что работает с лошадьми, еще и сама является владелицей… нескольких.

— А какой смысл? Ну, одна — понятно, а несколько-то зачем?

— А вот так получилось. Первую лошадь купила — это как исполнение мечты, понятно. Дальше муж бывший захотел свою лошадь. Развелись — у меня две лошади осталось. Потом как-то наткнулась на лошадь, определенную на убой. Хорошая лошадь, здоровая, красивая, но так уж владелец решил. Ну, я ее пожалела, выкупила. Она ожеребилась — вот вам уже четыре лошади. Продолжать? 

-— В общем, это как другие кошечек заводят…

— Примерно так. Но сейчас всё же думаю распродать, оставить себе только одну. Мне, действительно, собственный «табун» без надобности — теперь мне лошадей в жизни хватает. У нас на конюшне их 56, это не считая постояльцев.

И ведь каждую знает! Показываю на умилительного жеребенка, нескладно перебирающего длинными ногами: «Сколько ему?» Наталья задумывается лишь на секунды: «Этот 27 мая родился». Божечки! Так этому ребенку-жеребенку всего-то неделя от роду, а я думал, не меньше месяца.

Идем в прохладу конюшни знакомиться с жеребцами. Из денников по обе стороны длинного прохода навстречу сразу же высовываются крупные головы здешних жителей. В некоторых угадывается мужской характер, но в целом все кони спокойны и доброжелательны. Хотя лошади тоже подвержены перепадам настроения, могут и норов показать, и шкоду исподтишка сделать — тележку с флягой перевернуть, притиснуть боком человека к стене. Это не явная агрессия, скорее, издержки воспитания. Любопытно: по словам Натальи, чем раньше, буквально в первые часы жизни, жеребенок тесно контактирует с человеком, тем более ручным и пригодным к обучению он будет. Кстати, на городские мероприятия, участниками которых нередко становятся лошади из Заречья, берут только самых «благонадежных», непрошибаемых и спокойных.

 Иду вдоль денников, читаю надписи на дверцах: «Оскар», «Шмель», «Хоккей»…

— Имена вы им придумываете просто так, или есть какая-то система?

— Есть система. Первая буква имени должна совпадать с первой буквой имени матери, а первая буква имени отца встречается где-нибудь дальше. Например, Шмель — это сын Шутки и Луга.

— Трудновато вам будет с потомством Хоккея — поди напридумывай имён с буквой «ха»…

— Ну, вот вам его сын — Пахтакор. А вообще, иногда мы всё-таки можем немного отступить от системы. Вот как-то родилась кобылка от Грохота и Горки — а нам ничего кроме Горгоны или Гангрены в голову не приходит.

Хохочем вместе — да уж, Гангреной называть жеребенка, да еще симпатичного (другими они и не бывают), не стоит. Галатея куда лучше, а папа-жеребец, думаю, простит.

Наталью зовут владельцы лошадей — запрягли своих любимцев, просят посмотреть, всё ли правильно. Мы спохватываемся, что у нашей гостеприимной хозяйки хлопот полон рот, а мы уже похитили целый час ее времени. Прощаемся. Наталья приглашает нас посетить Фестиваль белорусской лошади в рамках «Белагро-2011» — это будет 11 июня в Сеннице под Минском, на пересечении Слуцкого шоссе и Минской кольцевой автодороги. Желающие читатели, кстати, тоже могут с интересом и пользой провести там почти целый день, с 10 часов. А наши новые друзья — подопечные Натальи САЗАНОВИЧ — примут участие в ринге-выводке, а также в мини-драйвинге (соревновании упряжек). И, думаем, вернутся оттуда с призами — Шмель нам обещал.

 Виктор ГЛУШКО, Андрей ЯРОЦКИЙ (фото).